Сейчас 23 гостей онлайн

Аккредитация

 [15.07.21] Приказ № 746н от 9 июля 2021 «О внесении изменений в особенности проведения аккредитации специалистов в 2021 году, утвержденные приказом Министерства здравоохранения РФ от 2 февраля 2021 г. № 40н»

 
 
 
 
 
 

 

 

 

 

 

 

 

111401, Москва, ул. 1-я Владимирская, д. 33, корп. 1.

E-mail: asme@for-medex.ru


Для корреспонденции: 129110, г. Москва, ул. Щепкина 61/2, корпус 1, административный подъезд., кафедра судебной медицины.

Журнал «Судебная медицина» успешно прошел экспертизу в Scopus и был одобрен для индексации с 2021 года.

Экспертный совет по отбору журналов (Content Selection & Advisory Board, CSAB) завершил оценку журнала «Судебная медицина» и принял решение о включении его в Scopus. Индексация журнала в базе Scopus начнется с середины 2021 года, в индексацию будут включены все статьи, опубликованные в журнале с начала 2021 года. Ожидается так же, что в Scopus до конца 2021 года войдут статьи полного архива журнала с начала его издания. 

Суррогатное бесправие

С суррогатным материнством в России сегодня связано немало громких скандалов. Ситуация обострилась до такой степени, что звучат призывы запретить суррогатное материнство в нашей стране законодательно. При этом, в основе большинства резонансных случаев лежит именно несовершенство законодательной базы. Несмотря на то, что в нашей стране генетическим родителям законом разрешено воспользоваться услугами суррогатной матери по вынашиванию и рождению ребенка, права как биологических родителей, так и самого ребенка крайне слабо защищены. И это является одной из проблем. Настоящий обзор подготовлен по материалам статей экспертов Союза медицинского сообщества «Национальная Медицинская Палата».

Если суррогатная мама передумает

В нашей стране нет отельного закона, который бы регулировал суррогатное материнство, но различные положения о нем закреплены сразу в нескольких правовых документах.  В первую очередь в статье 55 («Применение вспомогательных репродуктивных технологий») Федерального закона № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», который регулирует основные положения о суррогатном материнстве. Более детально порядок применения метода прописан в приказе Минздрава России № 107н «О порядке использования вспомогательных репродуктивных технологий, противопоказаниях и ограничениях к их применению». Положения о суррогатном материнстве содержатся также в Семейном кодексе РФ и в Федеральном законе № 143=ФЗ «Об актах гражданского состояния».

Одной из главных проблем и противоречий данных правовых актов является то, что законодательство РФ в первую очередь направлено на защиту прав суррогатных матерей, а не потенциальных родителей ребенка.

Так, согласно пункту 4 статьи 51 Семейного кодекса  РФ «лица, состоящие в браке между собой и давшие свое согласие в письменной форме на имплантацию эмбриона другой женщине в целях его вынашивания, могут быть записаны родителями ребенка только с согласия женщины, родившей ребенка (суррогатной матери)». Таким образом, приоритет по закону имеет суррогатная мать, а не биологические родители.

Пункт 5 статьи 16 Федерального закона № 143-ФЗ  «Об актах гражданского состояния» гласит, что: «При государственной регистрации рождения ребенка по заявлению супругов, давших согласие на имплантацию эмбриона другой женщине в целях его вынашивания, одновременно с документом, подтверждающим факт рождения ребенка, должен быть представлен документ, выданный медицинской организацией и подтверждающий факт получения согласия женщины, родившей ребенка (суррогатной матери), на запись указанных супругов родителями ребенка».

В судебной практике известны случаи отказа передачи детей потенциальным родителям.  В отношении этого есть особое мнение судей Конституционного суда РФ.

Судья Конституционного суда Сергей Князев, заявил, что «закрепляя исключительную прерогативу суррогатной матери в разрешении вопроса о наделении генетических (биологических) родителей материнскими и отцовскими правами, законодатель остается безучастным к интересам лиц, чьи половые клетки использовались для оплодотворения женщины, вынашивающей плод. Тем самым создается легальная почва для нарушения баланса конституционных ценностей и умаления прав и законных интересов не только генетических родителей, но и ребенка, рожденного в результате применения соответствующей вспомогательной репродуктивной технологии».

Судья Конституционного суда РФ Гадис Гаджиев,  сказал: «Семейное законодательство, закрепляя приоритет в решении вопроса об установлении юридических отношений между родителями и ребенком за суррогатной матерью, порождает проблему обеспечения баланса прав и интересов генетических родителей и суррогатной матери».

При этом, норм гражданско-правовой ответственности при неисполнении сторонами условий договора о суррогатной материнстве в российском законодательстве не предусмотрено.

            В  2017 году Верховный Суд РФ  вынес Постановление № 16 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных с установлением происхождения детей», в котором не отдал приоритета ни одной из сторон, однако обозначил тренд в признании прав не только за суррогатной матерью. В постановлении говорится, что  «… судам следует иметь в виду,  что в случае, если суррогатная мать отказалась дать согласие на запись родителями указанных выше лиц (потенциальных родителей), то данное обстоятельство не может служить безусловным основанием для отказа в удовлетворении иска этих лиц о признании их родителями ребенка и передаче им ребенка на воспитание».

            Верховным судом РФ рекомендовано проверять, заключался ли договор о суррогатном материнстве, и каковы были условия этого договора, и согласно положению статьи 3 Конвенции о правах ребенка – разрешить спор в интересах ребенка. Иными словами, суды все же могут разрешать споры в пользу удовлетворения требований генетических родителей, если суррогатная мать злоупотребляет своими правами и это влечет существенное нарушение прав ребенка.

            Бывают и обратные ситуации, например, при рождении ребенка с пороками развития, потенциальные родители отказываются забрать его у суррогатной матери. В 2010 г. в Москве потенциальные родители забрали у суррогатной матери всего одного ребенка из двойни, потому что второй имел генетическое заболевание. В 2015 г. в Волгограде семья отказалась забирать ребенка у суррогатной матери из-за не устроившего их пола, а в 2016 г. в Благовещенске потенциальные родители отказались забрать ребенка по неизвестной причине. В первых двух случаях был заключен договор о суррогатном материнстве, в третьем – нет.

Право одиноких под вопросом

 Несовершенство законодательства порождает и другие проблемы – например, при государственной регистрации детей, рожденных по программе суррогатного материнства, при отсутствии официально зарегистрированного брака между потенциальными родителями.  Органы ЗАГСа отказывают в регистрации детей не состоящим в браке мужчинам и женщинам, а также одиноким женщинам, которые воспользовались суррогатным материнством. По мнению ЗАГСов, только лица, состоящие в браке между собой и давшие свое согласие на имплантацию эмбриона другой женщине в целях его вынашивания с ее согласия, могут быть записаны родителями ребенка (пункт 4 статьи 51 Семейного кодекса РФ).

Обычно суды принимают сторону обратившихся родителей и выносят предписания о регистрации органами ЗАГС таких детей, ссылаясь на статью  19 Конституции РФ и пункт  3 статьи 55  Федерального закона № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан РФ», согласно которому «мужчина и женщина, как состоящие в браке, так и не состоящие в браке, имеют право на применение вспомогательных репродуктивных технологий при наличии обоюдного информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство».

Одинокая женщина также имеет право на применение вспомогательных репродуктивных технологий при наличии ее информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство.

Так, в ставшем прецедентным решении по делу Натальи Горской Калининский районный суд Санкт-Петербурга указал, что, в соответствии со статьей 55  Федерального закона № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан РФ», одинокая женщина имеет равные с женщинами, состоящими в браке, права на реализацию функции материнства. И отметил, что пункт 4 статьи 51 Семейного кодекса РФ, на который ссылаются органы ЗАГС, отказывая одиноким матерям в регистрации рождении ребенка,  предусматривает только частный случай и органы ЗАГС ошибочно меняют данную частную норму как общую, делая из нее вывод о невозможности участия в программе суррогатного материнства для женщины, не состоящей в зарегистрированном браке. Суд отметил, что такое истолкование законодательства нарушает права граждан, установленные статьями 38, 45, 55 Конституции Российской Федерации.

Еще большей проблемой для органов ЗАГС является регистрация детей, рожденных от одиноких отцов. По приказу Минздрава России № 107н показаниями к суррогатному материнству  являются исключительно медицинские заболевания и состояния, делающие невозможным вынашивание ребенка женщиной. Следовательно, одинокие мужчины вообще не могут воспользоваться программой суррогатного материнства, так как не имеют к этому медицинских показаний. Однако многие юристы обращают внимание на то, что данная норма в законе противоречит части 3 статьи 19 Конституции РФ, согласно которой «мужчина и женщина имеют равные права и свободы и равные возможности для их реализации».

Судебная практика по этому вопросу противоречива. Уже известно немало прецедентов по регистрации детей, рожденных от одиноких мужчин. Первое свидетельство о рождении было выдано в 2010 г. после вынесения решения Московского городского суда, обязавшего органы ЗАГС провести государственную регистрацию ребенка, рожденного по программе суррогатного материнства от одинокого отца.

Но есть и противоположные решения судов, когда судебные органы встают на сторону ЗАГСов, отказывающих одиноким отцам в регистрации детей, рожденных от суррогатных матерей. Свою точку зрения суды обосновывают тем, что при регистрации рождения ребенка сведения об отце вносятся на основании свидетельства о браке родителей, по совместному заявлению отца и матери или по заявлению матери ребенка, если отцовство не установлено (п. 3 ст. 48, п. 2 ст. 51 Семейного кодекса РФ). Порядок государственной регистрации рождения и записи родителей ребенка, рожденного у неизвестной матери – анонимного донора клеток, выношенного и рожденного суррогатной матерью, при этом законодательно не закреплен.

В интересах ребенка

 

В разных стран закон по-разному решает проблемы суррогатного материнства. Есть государства, где суррогатное материнство разрешено и закреплено в законодательстве (Украина, Казахстан, Грузия, ЮАР, большинство штатов США). Есть страны, в которых разрешено только некоммерческое суррогатное материнство (Канада, Австралия, Великобритания, Израиль, Дания). Есть страны, в которых суррогатное материнство запрещено (Франция, Германия, Норвегия, Швеция, Австрия, некоторые штаты США, Китай).

Наиболее полно правовые вопросы защиты прав детей, рожденных в программе суррогатного материнства, и их потенциальных родителей защищаются в Украине и Казахстане. Так, согласно Семейному кодексу Украины,  «в случае перенесения в организм другой женщины эмбриона человека, зачатого супругами (мужчиной и женщиной) в результате применения вспомогательных репродуктивных технологий, родителями ребенка являются супруги».

В кодексе Республики Казахстан «О браке (супружестве) и семье»  сказано, что «родителями ребенка, родившегося в результате применения вспомогательных репродуктивных методов и технологий, на основании договора суррогатного материнства признаются супруги (заказчики)». При этом, отдельно оговорено, что в случае рождения двух или более детей супруги (заказчики) в равной мере несут ответственность за каждого родившегося ребенка. Матерью ребенка после его рождения в медицинском свидетельстве о рождении записывается супруга (заказчица), заключившая договор суррогатного материнства».

Еще в 2018 году в Государственную Думу Российской Федерации был внесен законопроект ФЗ № 473140–7 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части государственной регистрации рождения ребенка, в результате применения вспомогательных репродуктивных технологий». Данный законопроект устраняет существующую рассогласованность норм права в отношении регистрации детей, рожденных в результате программы суррогатного материнства. В частности, предлагается внести изменения в статью 48 Семейного кодекса РФ «Установление происхождения ребенка», статью  51 Семейного кодекса РФ «Запись родителей ребенка в книге записи рождений», статью  52 Семейного кодекса РФ «Оспаривание отцовства (материнства)», на основании которых предотвращается возможность корыстного использования суррогатной матерью права на регистрацию ребенка потенциальными родителями.

            Таким образом, Проект ФЗ № 473140–7 направлен на устранение проблем в правоприменении при регистрации детей в результате программы суррогатного материнства и гарантирует детям право иметь родителей, благодаря чьим половым клеткам он был зачат и рожден.